Iai? Niaa??eiia
ГЛАВНАЯ arrow ТЕРНЕЮ - 100 arrow Полосатый пациент
Полосатый пациент Версия в формате PDF Версия для печати
Рейтинг: / 2
ХудшаяЛучшая 

Было это уже больше десяти лет назад. Однажды    после обеда, часа в три дня к моему дому подъехали Женя Смирнов и Джон Гудрич. Объяснили ситуацию. Мол, в одном из урочищ недалеко от Пластуна попался в петлю тигр. Вырываясь из петли, сильно повредил себе лапу. Тигр усыплён, рядом с ним находятся учёные. Нужно съездить, посмотреть, что-то предпринять, как-то подлечить зверя.

Перед этим они созванивались с Америкой, консультировались у какого-то знаменитого ветеринара, а также разговаривали с Москвой. Им посоветовали обратиться к местному врачу, желательно к хирургу, чтобы он посмотрел и решил на месте: или этого тигра отлавливать и везти лечить куда-то в стационар, или на месте его уничтожать. Именно, мол, врач решит. А может быть, и сам сможет оказать помощь – что-то подшить, пришить, вправить. Короче, меня уговорили.
Я получил разрешение от нашего главврача, взял с собой необходимый набор хирургических инструментов, стерильные растворы для обработки раны. И поехали. Ехать пришлось довольно далеко.
Ловушка была закреплена за огромное дерево, кажется, дуб, диаметром метра полтора. И рядом с деревом лежит тигр, красавец, большой такой, здоровый тигр. И – спит.
- Они его доусыпляли? Или всё ещё действовало снотворное от первого выстрела?
- Нет, его усыпляли постоянно, через каждые 10-15 минут. Только начинает он шевелить усами – ему опять делают укол. Уколы делал Барт Шляйер.
Конечно, картинка там была не из приятных. Всё вокруг этого дерева изрыто и разворочено. Тигр попался в ловушку передней лапой. В те времена ловушкой служила петля из стального троса приблизительно с палец в диаметре.
Было видно, что он рвался на свободу, как и любое другое животное. Например, как соболь. Но соболишка – тот перегрыз бы себе лапу… Здесь, кстати, на вид было что-то похожее… Лапа странно торчала, была изуродована. Кости-пальцы торчали прямо наружу. И кожа… короче, держалась лапа на честном слове, на каком-то кожаном лоскуте.
Посмотрел я: кожаный лоскут вроде не омертвел, живой, то есть кровоснабжение там есть. И я решил попробовать сшить всё это. Промыл рану, обработал. Кости заправил, сопоставил их, торчавшие непонятно как пальцы поставил на место, а рану полностью ушил. Наложил двадцать два шва вокруг. Когда требовалось, Смирнов подымал лапу тигра, а я уже шил и лёжа, прямо снизу.
Гипс накладывать не имело никакого смысла, потому что животные дикие – они гипс моментально сдирают, сгрызают.
- Ну, а шины?
- Да, делал шины. Один из американцев съездил куда-то, там километрах в пяти у них был вагончик для наблюдений. Привёз пилу, привёз доски. Из досок по размерам ноги выпилили лангеты. Я всё как надо приладил, обмотал проволокой, пассатижами закрепил.
Потом… оставили его в этом же месте – а сами поскорей драпать оттуда.
- Тигр был очень большой?
- Да, где-то за двести килограммов, здоровенный самец был.
- Понятно, что люди не упускают возможность сфотографироваться в такой момент с тигром. Я видел немало таких снимков. И всегда тигр лежит как без костей, как расплылся…
- Он расслаблен. Когда наркоз дают, усыпляют, обычно наступает релаксация – полное расслабление мышц. В тонусе мышцы даже при полном покое всё равно как-то напряжены, а при наркозе полное расслабление.
- Этого тигра как-то называли?
- Да, имя ему тогда дали.
- Русское или английское?
- Русское, но уже не помню какое…
- Это когда было? В какое время года?
- В конце лета. Погода жаркая была… А месяца через три встречается мне как-то Смирнов, улыбается: «Хочешь знать, что там с твоим подопечным?» Я говорю: конечно, мол, но мне самому к вам ехать вроде неудобно. А Смирнов рассказал: «Сначала он лежал. Недели полторы не вставал. Подкидывали ему издали жратву. Потом следы его стали наблюдать. Долгое время он передвигался на трёх лапах, на эту не наступал. Потом стал появляться четвёртый отпечаток, но не полностью вся лапа, а только пятка, вот эта часть. А потом все стало в порядке. То есть нога функционирует, лапа приросла». Ну, на этом всё, казалось бы, и закончилось…
Но однажды, уже через два года, даже больше, точно так же, тоже после обеда, приезжает ко мне Смирнов: «Яковлевич, выручай».
Приглашали меня в комиссию: надо было решить… ну, в общем, решить судьбу бродячего тигра. Он подошёл к Каменке вплотную и стал держаться возле посёлка. Местные жители стали его бояться, пошли жалобы… Словом, держится он в районе Каменки, далеко не уходит. Причём его сбивала большая машина. Что-то у него повреждено, потому-то он и держится у посёлка… Ну, и ещё одна деталь: тигр-то, кажется тот самый – мой «крестник».
Решено было отлавливать его, а потом уже решать, что с ним делать. Или сдавать куда-то, или уничтожать?
В общем, мы его долго преследовали на вертолёте. Полетели – я, два американца и Рыбин из заповедника, остальные члены группы ждали в машинах наш сигнал. Это было весной, в долинах ещё лежал снег. Наконец увидели – на фоне снега жёлтый такой, с полосами – очень хорошо заметно. Вертолёт снизился прямо вплотную к деревьям, стали за ним по ходу лететь и стрелять. Ружьё специальное, заряжается шприцами, там стабилизатор, пёрышко красное, флажки такие. Флажки показывают: попал или нет. Короче сделали выстрелов 15, а то и 20 – а он всё идёт, и ни в какую. Потом – стал падать. Наконец завалился совсем.
Вертолёт нашёл небольшую площадку, нас в снег высадил – метров за 50 от зверя. Стали мы подходить к нему поближе, а он голову подымает. Барт кричит мне: «Доктор, беги назад!» И сами они побежали тоже.
Вертолёт завис над нами, мы в него влезли, а тигр поднялся и пошёл дальше. И опять мы его преследовали целых полчаса. Наконец он снова упал. Барта спустили на подвеске прямо к тигру, и он ещё раз вколол зверю снотворное. После этого мы сели, по рации сообщили группе, и минут через двадцать подъехали Дэйл, Смирнов, Литвинов и другие.
Тигр действительно был очень больной, действительно попадал под машину. Но это было давно, всё уже заросло. На морде шрамы, на боку шрамы… Я бы так сказал: этот тигр внешне выглядел скорей как лев. Передок всё ещё мощный, а задок... Полная атрофия костей таза и задних конечностей. Очень развита передняя мускулатура – как и у любого инвалида в таких случаях. По-видимому, был повреждён позвоночник, ближе к крестцу, к кобчику.
Естественно, он уже не мог свободно оленя, медведя, кабана давить, потому что он уже больной. И он пошёл к посёлку – там легче, там животные домашние.
Решили, что его надо убивать. Потому что он уже опасен. Не можем же мы к нему постоянного сторожа поставить и караулить, охранять. А ведь группа «Тигр» платит за каждую задавленную корову…
- А ты проверил качество своей работы?
- Да.. Осмотрел ногу, всё нормально. Единственное – на том месте, где рубец, волосы не росли на шраме. А так лапа срослась просто идеально.
Были у меня и другие тигриные «вызовы», но только для консультаций или для постановки диагноза. А оперировать в тайге больше не приходилось.
Юрий ШАДРИН
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

< Пред.   След. >
Юрий Шадрин: Пишем вместе?
посёлок Терней
Клуб экологического туризма Сихотэ-Алинь
Время генерации страницы: 0.063 сек.